http://www.teleport2001.ru/alfa-teleport/2007-01-24/19450-beseda-s-vidom-na-kreml.html

Беседа с видом на Кремль

Поделиться новостью:

24 января 2007 в 09:00

Под таким названием выходит новая рубрика в газете «Телепорт». Ее автор — наш столичный корреспондент Илья Ронин.
Многие люди, занимавшие высокие посты в Благовещенске и Приамурье, имевшие (и до сих пор имеющие) вес на нашей политической арене, ставшие известными и популярными у нас по роду деятельности, сейчас живут и работают в Москве либо часто бывают в столице. С ними Илья Ронин и будет вести беседы в Первопрестольной. Кто эти люди сегодня? Какие изменения они видят в Амурской области? Как оценивают деятельность нынешней власти? Ответы на эти и другие вопросы – в новой рубрике «Беседа с видом на Кремль».

В первом выпуске «Беседы с видом на Кремль» Илья Ронин размышляет о политической ситуации в России вообще и в Амурской области в частности вместе с политологом и публицистом, в прошлом народным депутатом РСФСР от Благовещенского округа и депутатом Госдумы от Амурской области, Андреем Захаровым.

Андрей Захаров (р. 1961) — заместитель директора Московской школы политических исследований (www.msps.ru), один из редакторов журнала "Неприкосновенный запас: дебаты о политике и культуре" (www.nz-online.ru), политолог и публицист. В 1990-1993 гг. — народный депутат РСФСР от Благовещенского округа, в 1993-1995 гг. — депутат Государственной думы от Амурской области.

Благовещенск вспоминаю с удовольствием

 Андрей Александрович, вы несколько лет прожили в Амурской области, преподавали в технологическом институте (будущем АмГУ), именно в Благовещенске состоялся ваш политический дебют. Вспоминаете ли те годы, и если да, то что наиболее прочно отпечаталось в памяти?

— Те годы вспоминаю с удовольствием. Преподавание — моя стихия, любил работать со студентами, взаимопонимание у нас было всегда, до сих пор с огромной признательностью вспоминаю, как мои девушки и ребята поддерживали меня на выборах. Время тогда было интересное, не в пример нынешней затхлости, и на занятиях, и просто так проговаривали множество вопросов, жизнь кипела. Помню, вел литературный кружок в студенческом общежитии: разговаривали о книгах, были большие надежды, было светло и честно. И куда только все подевалось?.. Ну и, кроме того, еще кое-что очень важное – шестнадцать лет назад в Благовещенске родилась моя младшая дочь. И то, что у нее в паспорте такая запись, лично мне очень по душе. 

— В чем главное отличие той Государственной думы, в которой работали вы, от Думы нынешней, в которой интересы области представляет г-н Виноградов? Когда было легче заниматься законотворчеством — тогда или сейчас?

— Первые парламенты постсоветской России вовсе нельзя сравнивать с нынешним депутатским учреждением. Сегодняшняя Дума — на периферии общественной жизни, там не решают вопросов, душа ее вечно пребывает за Кремлевской стеной – это послушный и безвольный инструмент. Мы, особенно в Верховном Совете, упраздненном Ельциным в 1993 году, да и в первой Государственной думе, пытались выстраивать что-то вроде разделения властей. К сожалению, победила другая тенденция. Сегодня власть снова единолична и концентрирована, ее некому поправлять и критиковать за ошибки. На мой взгляд, такая политическая конфигурация не только не современна, но и вредна для России. 

- В жизни каждого человека, тем более если он несет определенную ответственность за происходящее в стране, бывает поступок с большой буквы. Порою его осознание происходит не сразу, он видится в ретроспективе. Что вы для себя считаете таким поступком?

— Мне сложно отвечать на этот вопрос. Старался быть принципиальным и беречь убеждения. Насколько получалось – судить другим. До сих пор горжусь тем, что в 1993 году поддержал попранную президентом Конституцию. Заметьте, вместе с ненавистным мне г-ном Хасбулатовым. Тогда ведь была развилка, сейчас это очевидно. Именно тогда российская демократия получила травму, от которой не может оправиться и сегодня. Система единоличной власти, навязанная нашему обществу Основным законом 1993 года, неэффективна. С таким хозяйством в XXI веке нам будет трудновато. 

 Взгляды Леонида Короткова не слишком ясны

 — Вашим коллегой по депутатскому цеху был нынешний губернатор Приамурья г-н Коротков. Вы с ним придерживались диаметрально противоположных взглядов на происходящее в России? Как-то удавалось взаимодействовать на благо области?

— Вопрос о политических взглядах Леонида Викторовича всегда оставался для меня не слишком ясным. Впрочем, как учили нас древние, о действующих губернаторах либо хорошо, либо ничего.

В 2006 году Леонид Викторович пожелал влиться в ряды «Единой России», правда, к нему в партии отнеслись настороженно и пока не пускают. Такой вот дрейф бывших коммунистов в сторону «Е.Р.» может служить иллюстрацией к сущности этой партии? Имеет ли место своего рода ренессанс КПСС?

— Тот факт, что первое лицо области до сих пор не вступило в «Единую Россию», делает ему честь. А вот сравнивать КПСС с нынешней «партией власти» не стоит: «Единая Россия», в отличие от партии коммунистов, да и любой другой классической партии, не имеет собственной — оригинальной и самобытной — идеологии. Ведь нельзя же считать идеологией безоговорочную поддержку президента, не так ли? Впрочем, рискну предположить, что жизнь «Единой России» недолго будет безоблачной. Эту партию ждут сюрпризы, причем довольно скоро.

 Ситуация с Галиной Бусловой

  - В Амурской области сложилась парадоксальная ситуация с представительством в Совете Федерации. Депутаты областного Совета лишили г-жу Буслову полномочий сенатора, но аппарат Совета Федерации их решение не одобрил. То есть сенатор работает фактически не волею пославшего его органа, а вопреки этой воле. Это – просто бюрократическая коллизия, или ситуация вписывается в новую систему отношений центра и регионов?

— Эта ситуация отражает то печальное состояние, в котором пребывает сегодня российский федерализм. В подлинно федеративном государстве голос регионов постоянно звучит – и учитывается – на общенациональном уровне. У нас же Совет Федерации после пережитых им многочисленных преобразований не очень-то похож на полноценную «палату регионов». Если помножить этот факт на ликвидацию в будущей Думе территориального представительства, то картина делается и вовсе безотрадной. Конечно, лучше всего сенаторов избирать прямым голосованием населения соответствующих территорий – как в свое время избирали Короткова и Штейна. Но в условиях безудержного укрепления «вертикали власти» регионы не смогут «пробить» этот проект. 

— Федеративный эксперимент в России не удался?

— Федерализм, как известно, теснейшим образом связан с демократией. Но очень трудно пользоваться благами демократии в условиях, когда львиную долю наших доходов приносит продажа нефти и газа. Почти все нефтедобывающие страны, за единичными исключениями – деспотии или диктатуры. На дележе углеводородных доходов построен и нынешний консенсус Кремля и региональных элит. В рамках этого консенсуса регионы делают вид, что подчиняются, а Кремль делает вид, что руководит ими. Никакой федерализм тут не нужен. Сохранение такой ситуации в дальнейшем зависит от динамики нефтяных цен. А она непредсказуема. Следовательно, не стоит ставить крест на российском федерализме, он нам еще пригодится, тем более что для сложносоставных обществ это очень полезная штука. 

 Гордость за амурских депутатов

 — Так уж вышло, что г-н Виноградов и г-жа Буслова, представляющие сейчас Амурскую область в парламенте, де-факто оказались в партии «Справедливая Россия». Как относитесь к этому политическому новообразованию?

— Эта партия – почти «близнец» «Единой России» и по принципу комплектования, и по идейным установкам, и по равнению на президента. Но, несмотря на все перечисленное, к ее появлению на российской политической сцене я как исследователь отнесся бы, скорее, положительно. И дело здесь вот в чем. Наличие равновеликих элитных группировок – важнейший фактор демократии. Когда такие группировки в обществе есть, они вынуждены договариваться о правилах игры, и не только договариваться, но и соблюдать договоренности. На определенном этапе каждая из соперничающих групп приходит к пониманию того, что свободные и честные выборы, предполагающие сменяемость власти, — наилучший способ выяснения отношений между собой. В итоге властные амбиции противников уравновешивают и ограничивают друг друга. Выигрывает от этого рядовой избиратель: его жизнь делается более ровной и предсказуемой, а степень влияния на политику возрастает. Плохо, когда на политической арене остается один, никому не подконтрольный игрок. У нас так получилось после того, как в 1993 году Ельцин разгромил Верховный Совет. А действующая Конституция закрепила такое положение вещей, сделав президента солнцем, вокруг которого вращаются все остальные планеты нашего политического небосклона. Неограниченная власть, даже если ее доверяют очень хорошему человеку, потенциально опасна. Может быть, конкуренция между двумя ветвями одной и той же элиты поможет предусмотреть ограничители для этой властной монополии, которая хронически мучает нашу страну.

— В нашей области происходящая в России избирательная реформа не встретила понимания. Областной Совет отказался лишить амурчан права голосовать «против всех» на местных выборах. Обоснован ли ропот по поводу отмены этой графы и минимального порога явки избирателей?

— По моему мнению, отмена графы «против всех» оскорбительна. С введением этой меры у нас осталось только право одобрять власть – с разной степенью восторга. То, что депутаты не чужой для меня Амурской области отказались здесь идти на поводу у федерального законодателя – вызывает уважение и, если хотите, гордость.

— Как кратко можете охарактеризовать тот путь, который выбрала современная Россия, Россия Путина?

— Скажу, что бывают пути и получше нынешнего. Торговать сырьем в XXI веке, конечно, можно. Но мир сейчас становится другим, светлая перспектива теперь строится на других вещах. На нефти и газе могут всходить какие-нибудь «Великие Арабские Эмираты». Но Великая Россия – едва ли.  

 





Loading...
Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.